За четыре года раскопок (с 1989 по 1992 год) силами поисковиков клуба «РИФ», членами общества «Мемориал», сотрудниками краеведческого музея и многими другими добровольными помощниками было вскрыто 24 расстрельных ямы, извлечено 924 человеческих останка и после судебно-медицинской экспертизы их перезахоронили в эти же расстрельные ямы, но теперь уже ставшие братскими могилами.

Все мы, участники раскопок,стремились найти среди костных останков какую-либо вещь или предмет, подписанный фамилией его обладателя, и тем самым получить в руки ниточку, которая помогла бы привести к раскрытию тайны хотя бы одной из десятков могил. Мы внимательно осматривали остатки одежды, обувь, расчески, зубные щетки, мыльницы, курительные трубки и другие личные вещи, которые разрешалось иметь заключенным. Два года раскопок не дали в этом смысле положительных результатов. Наверное, из-за нашей неопытности, отсутствия единого руководства, а также из-за большого количества обработанных ям — за первых два года вскрыли 17 расстрельных ям. Это уже конвейер! Но вот в 1991 году за лето вскрыто всего две расстрельных ямы — 18 и 19-я (порядковые номера) — и сразу две находки.

В яме № 18 между костными останками в складках спрессованной суконной одежды обнаружили кошелек, в котором лежала бумажка, свернутая вчетверо. Видимо, это была квитанция об изъятии у арестованного какой-то ценности — такие квитанции выдавались иногда на руки при личном обыске.

На бумажке сохранилась только часть фамилии «Аниси...». Наиболее вероятно — это «Анисимов». Но поиски в этом направлении зашли в тупик по многим причинам. Не будем развивать эту тему, хотя точку на этом вопросе ставить еще рано.